Военная спецоперация России на территории Украины вывернула мир наизнанку, обострив разного рода фобии и актуализировав реваншистские настроения. Казахстан как ключевой партнер РФ на постсоветском пространстве оказался в ситуации, которую лучше всего характеризует известное выражение «между молотом и наковальней». Тупик это для нашей страны или же неожиданно распахнувшееся «окно возможностей»? Об этом мы беседуем с политологом Буриханом Нурмухамедовым.

Период распада, или Есть ли выход из тупика?

- «Мир меняется». Сегодня именно так в большинстве случаев характеризуется происходящая на наших глазах серия геополитических и геоэкономических потрясений. Но в полной ли мере это словосочетание отражает нынешние тектонические изменения? Какой мир рождается на наших глазах?

- Если говорить более точно, то меняется не мир, а мировой порядок. Я думаю, что сейчас мы являемся свидетелями продолжения распада Советского Союза, начавшегося в 1990-е годы. Сначала пространство бывшего СССР было обозначено как постсоветское, затем наступил период, который назывался пост-постсоветским. Теперь же, видимо, пришло время говорить о наступлении нового этапа, в котором, как и прежде, одну из ключевых ролей играет Россия. События в Украине обозначили новую веху. После начала военной операции наш северный сосед оказался в изоляции со стороны всего западного мира и под давлением беспрецедентных санкций. И я уверен, что формирование нового миропорядка будет связано, в первую очередь, с изменением роли и места России в мире.

- И какой же будет эта роль?

- Давайте посмотрим на историческую ретроспективу. Возможно, кому-то такое сопоставление фактов покажется натянутым, но, тем не менее, оно заслуживает определенного внимания. Как известно, Крымская война середины 19-го века привела к отмене крепостного права в царской России. Русско-японская война 1905 года – к революции и формированию Государственной думы. Следствием неудачного участия России в Первой мировой войне стало падение царизма, а войны в Афганистане – распад СССР. Военные кампании в Чечне привели к власти Путина. То есть, войны, участие в которых показывали слабость России, оборачивались для неё серьёзными политическими трансформациями. И, как мне кажется, военные действия в Украине не станут исключением. Причём произойдёт это вне зависимости от того, одержит Россия победу в начатой ею так называемой «военной операции» или же потерпит поражение. Хотя, по большому счету, выиграть она в принципе не сможет. Произошёл глубочайший раскол в славянском мире (а это фактор длительного действия): одна из стран, Украина, оказалась в орбите ценностей западного мира, две другие, Россия и Белоруссия, – в жестком кризисе, и для двух последних выход из него, как это ни покажется странным, будет заключаться в необходимости смены власти, а также в трансформации политических режимов.

- По-вашему, это позволит найти выход из тупика?

- Сложно сказать, к каким трансформациям внутри этих стран приведут сегодняшние события, как изменятся властные элиты, как будут формироваться новые отношения с западными странами. Возможно, правители этих стран уйдут в отставку. Но санкции, скорее всего, даже после ухода Путина продолжат оказывать давление на экономики обеих стран, несмотря на то, что Россия так или иначе встроена в мировую экономическую повестку и сама оказывает серьёзный прессинг на экономическое положение в европейских странах.

- И к чему же, на ваш взгляд, это всё способно привести?

- Большинство экспертов считает, что это приведет к усилению позиций Китая в России. По крайней мере, такой тренд намечается. Ряд аналитиков, напротив, уверены в том, что Россия сможет воспользоваться текущим кризисом и обернуть его себе во благо, продемонстрировав свой, самобытный путь развития. Сразу скажу: к таким выводам я отношусь скептически. Имея обширную территорию, многочисленное современное население и гранича с такими мирами, как Европа и Китай, попытаться создать что-то свое и сделать это что-то самодостаточным, на мой взгляд, очень проблематично. Существующие глубинные тенденции свидетельствуют о том, что Россия – это часть европейской культуры и традиции. И сам факт попыток с её стороны создать нечто этому противоречащее не вызывает доверия. Конечно, есть пример Ирана, которому это удалось. Но у Ирана сильны этническая и религиозная составляющие, чего не наблюдается у России. Поэтому неслучайно она сейчас столкнулась с заметным оттоком населения. Более-менее успешным людям, привыкшим к определенному образу жизни, будет очень сложно перестроиться на так называемый мобилизационный путь развития, предполагающий длительную (на протяжении десятилетия, а то и дольше) жизнь в условиях санкций.

Поэтому, возвращаясь к началу нашего разговора, скажу так: мировой порядок, понятное дело, не может существовать без учета интересов России, но насколько эти интересы трансформируются, изменятся, насколько уменьшатся амбиции с её стороны – вот те вопросы, на которые предстоит дать ответы. С экономической, культурной точек зрения сегодня сложно говорить, что Россия – гигант. Тем не менее, эта страна обладает большим ядерным потенциалом, и хотелось бы, чтобы поиски своего места в мире она вела в рамках цивилизованного пути.

- То есть, вы уверены, что во всём виноваты амбиции России?

- Давайте попытаемся честно ответить на вопрос, почему сегодняшняя ситуация стала в принципе возможна? Источники, как мне кажется, нужно искать в идеологии так называемого русского мира. Изначально это понятие предполагало географическую, культурную, языковую общности. Но постепенно оно трансформировалось в идеологию с элементами экстремизма и воинственности. В результате пропагандистским путем внутри самой России было сформировано ошибочное ощущение враждебного окружающего мира, что способствовало тем шагам, которые и привели к нынешним трагическим событиям. Ведь последствием этого стала не только Украина. Были и Грузия, и Абхазия, и Северная Осетия, и Приднестровье. По факту, идеологии «русского мира» следовало бы измениться.

- Каким образом?

- Она должна стать более миролюбивой и гуманистической, без элементов, которые бы способствовали проявлению агрессии или формированию каких-либо комплексов. Её адептам нужно четко понимать, что сегодня существуют национальные государства, что есть признанные международным сообществом государственные границы. И пока не искоренены основные причины для выражения враждебности, идея русского мира продолжает сохранять в себе угрозу для разных стран мира.

Без резких движений, или Почему Казахстану нужны реформы?

- Вместе с тем, позиция, которую заняло руководство нашей страны в отношении ситуации в Украине, у части казахстанцев вызывает раздражение, поскольку она кажется им слишком мягкой и беззубой. Насколько адекватно Казахстан позиционирует себя в сложившейся ситуации?

- Президент Токаев ведет довольно взвешенную, правильную политику в этом вопросе. Она полностью отвечает нашим национальным интересам. Нужно избавляться от присущих нам романтизма, инфантилизма, детской наивности и самого катастрофичного – нигилизма. Романтизм и инфантилизм, с одной стороны, и нигилизм вкупе со скептицизмом, с другой, рождают слишком яркую эмоциональную реакцию, которая способна только навредить. Если мы, наша страна поддадимся эмоциям и пойдем на поводу у такого мнения, то последствия могут быть самыми непредсказуемыми.

- Иными словами, вы не исключаете, что следующим после Украины может стать Казахстан?

- Это, в первую очередь, зависит от нас самих. Украина за последние восемь лет прошла большой путь развития, позволивший украинцам как нации объединиться, что особенно ярко проявилось в дни военной операции, а также ликвидировать разрыв между населением и властью, который наблюдался еще не так давно, в 2014 году. Аналогичный путь нужно пройти и нам, ведь, как показали январские события, связи между властью и обществом в нашей стране присутствуют не везде. А их однозначно нужно восстанавливать, что, кстати, даёт понять и президент.

Недавний его указ о проведении отчетных встреч акимов с населением как раз об этом. Акимы должны знать, чем живет народ, какие проблемы его на самом деле волнуют. Если нам удастся избежать в этом вопросе формализма и наладить реальные каналы взаимоотношений, то это, считаю, будет большой победой, поскольку местные проблемы начнут наконец-то решаться там же, на местах. У нас ведь до чего дошло – участники митинга в Жанаозене апеллируют к президенту и требуют премьер-министра. А все потому, что наши чиновники занимаются решением своих вопросов, которые не пересекаются с интересами населения. Тогда как современные реалии диктуют новые требования к чиновникам, в том числе и к их способности адаптироваться, возможности принимать адекватные самостоятельные решения в кризисных ситуациях.

Во время январских событий мы прекрасно видели, что, допустим, главы полицейских департаментов не смогли не только остановить волну насилия, исходящую из толпы, но и предотвратить насилие правоохранительных органов в отношении населения. Такие же оценки можно сделать и в отношении большинства акимов. Они продемонстрировали растерянность и неспособность управлять ситуацией. А вот в Украине главы администраций сегодня организуют оборону, вывод мирного населения из очагов военных действий. У нас тоже должны появиться грамотные и пользующиеся авторитетом у населения руководители, и обеспечить их появление может только выборность акимов всех уровней. В этом направлении Казахстану, особенно с оглядкой на ситуацию в Украине, необходимо сделать серьезные шаги.

Не менее важно начать наконец-то учиться местному самоуправлению. Причем акцент нужно делать на такую категорию, как местное сообщество. Во Франции оно называется коммуной, в США – общиной, а в Узбекистане это махалля. Только институционально оформленные местные сообщества могут в полной мере отражать интересы живущих там людей. В силу особенностей нашей системы и местного госуправления разрешать конфликты, возникающие на этом уровне, не под силу ни акиматам, ни маслихатам, поскольку в них обычно не попадают люди, способные это делать. Конечно, у нас есть опыт КСК, теперь – ОСИ. Но это не то, такие системы не наделяют гражданина, проживающего в сообществе, определенными обязанностями по отношению к нему. А это в корне неправильно. Местное сообщество в его истинном понимании имеет определенный штат, выбранного председателя, а главное – законодательно закрепленные механизмы взаимодействия с акиматами и другими госорганами. В наших условиях его границы можно определить пределами одного полицейского участка. Такая институализация просто необходима, поскольку только в этом случае каждый человек начнет ощущать свою сопричастность в управлении на местном уровне.

К чему я все это говорю? Да к тому, что без подобных реформ, которые крепко-накрепко свяжут власть и население, заставят и тех, и других смотреть в одну сторону, мы действительно можем восприниматься кем-то в качестве пресловутого лакомого куска.

Назад в прошлое, или как Казахстану защитить свои национальные интересы?

- Если с трезвой головой подходить к оценке возможных последствий военной операции РФ в Украине для Казахстана, то, наверное, сначала нужно определиться с тем, какими они будут для самой России. Что её ждет, на ваш взгляд?

- Если санкционная политика Запада будет продолжаться и усиливаться, то, как мне кажется, может произойти обострение между центром и национальными республиками. Со временем, по истечении ряда лет в силу ухудшения социально-экономического положения у них может возникнуть вопрос: какие плюсы и преимущества дает им нахождение в составе федерации и стоит ли им оставаться частью России? Сейчас, конечно, трудно прогнозировать, как долго сумеет просуществовать жестко централизованная система, но нужно исходить из того, что наступившая в России ситуация фактически является отражением положения СССР в конце 1980-х, а такой глубины кризис может спровоцировать самые разные внутриполитические процессы негативного характера.

- Звучит фантастически…

- Если западный и восточно-европейский векторы будут сведены на нет, то у России останутся лишь два вектора для движения вперед. Это восточный, где главную роль играет Китай, и южный, который в силу своей размытости может быть сориентирован как на Индию и Иран, так и на Афганистан. Но вопрос в том, готовы ли бизнес, люди в РФ сделать разворот в эту сторону? На мой взгляд, нет, и вряд ли такая готовность появится. При этом не будем забывать, на Россию продолжат давить западные санкции, и далеко не весь её народ готов жить в мобилизационном режиме десятки лет, что рано или поздно поставит, в том числе и перед национальными образованиями, вопрос: как жить дальше? Существующие же сегодня перекосы в региональном развитии в условиях отсутствия поддержки извне будут только обостряться.

Предугадать, у какой из республик не выдержат нервы, конечно, невозможно. Но, повторюсь, такой сценарий не исключен. Вот буквально на днях прошла информация, что знаменитый КамАЗ решил выпускать машины без запчастей, которые ранее ему поставляла Германия. То есть, предприятие будет выпускать образцы 70-80-х годов прошлого столетия. Насколько они будут конкурентоспособными в современном мире, большой вопрос. Все эти процессы естественным образом будут отражаться и на Казахстане.

- Судя по мнениям, заполонившим информационное пространство, Казахстану, чтобы обезопасить себя, нужно срочно «обрубать хвосты» и, как минимум, выходить из всех объединений, в которых присутствует Россия. Насколько это реально и чем способно обернуться для нас?

- Я думаю, это нереально. Любое правительство в Казахстане при любых политических силах будет понимать, что отношения с Россией нам нужны. У нас была двухсотлетняя общая история, у нас культурные и образовательные связи, самая протяженная в мире общая граница. Мы с Россией являемся членами самых разных интеграционных объединений, в том числе ЕАЭС и ОДКБ, и это данность. С другой стороны, сейчас возникает вопрос относительно степени участия нашей страны в этих объединениях с учетом проводимой Западом санкционной политики. Подчеркну: речь идет не о целесообразности присутствия Казахстана в них в принципе, а непосредственно о формате самого участия. То есть, нам нужно подумать, стоит ли идти на те или иные интеграционные шаги, которые предполагались, допустим, еще несколько месяцев назад, понять, насколько они адекватны в текущей ситуации. Уверен, что нужна их ревизия на предмет соблюдения наших национальных интересов, с тем, чтобы обезопасить экономику и население Казахстана от того, что происходит в России.

- А если подойти к ситуации с другой стороны? Некоторые эксперты уверены, что противостояние России и Украины, обернувшееся беспрецедентными санкциями в отношении нашего соседа и партнера, станет для нас своеобразным «окном возможностей». Есть ли основания так считать?

- Если какие-то возможности для нас и приоткроются, то это будет не окно, а, самое большее, форточка. Не думаю, что, например, весь санкционный сыр пойдет через нас с надписью «Сделано в Казахстане». Возможно, в том, что касается авиаперелетов и формирования новых транспортно-логистических коридоров, развития сельскохозяйственной отрасли, релокации определенных бизнесов на территории Казахстана и перетока к нам квалифицированных кадров, мы и сможем что-то выиграть, да и то непонятно, как минимизировать возникающие в связи с этим риски. В остальном же у меня большие сомнения на этот счет.

Долой эмоции, или Как сохранить хрупкий мир?

- Возвращаясь к вопросу защиты национальных интересов… Есть ощущение, что с экономикой мы плохо ли хорошо ли, но разберемся. С населением, кажется, всё куда сложнее, учитывая резко выросший в нашем обществе уровень русофобии и негативного отношения к казахстанским русским, что сегодня демонстрируют социальные сети. Как этот фон способен отразиться на выстраивании будущих отношений с нашим соседом?

- Мы должны постараться сохранить то, чего Казахстану удалось достичь за годы независимости, и не впадать в эмоции. А для этого нужно ограничить реальную жизнь от влияния виртуального мира. В реальности отношение большинства казахстанцев к происходящим событиям можно назвать сдержанным. Запрос на согласие, на стабильность очень высокий. Социальные же сети только и умеют, что нагнетать. Чтобы снизить накал страстей, нужно, чтобы любым радикальным призывам начали противостоять лидеры общественного мнения, авторитетные представители политических партий, гражданского общества. В нашем социуме должно укорениться понимание того, что Казахстан – это независимая страна. Да, на нашей территории сошлись воедино многие цивилизации, но те отношения между этническими группами, которые складываются вне наших границ, не должны оказывать влияние на казахстанское общество.

- Вы говорите правильные вещи, но как этого достичь на практике?

- Когда в 1973 году случился нефтяной кризис, приведший к росту цен на бензин в десятки раз, в Америке были введены правила, согласно которым, если ты выезжаешь в город, на работу, то ты обязан взять с собой соседа – в целях экономии. Так вот, в тех обстоятельствах вынужденным попутчикам запрещалось говорить о политике, религии и женщинах, поскольку считалось, что эти темы могут привести к конфликтным ситуациям.

Таким образом, чтобы не допустить разжигания социальной и межнациональной розни, нам нужно проявлять выдержку и толерантность. Политика сдержанности в этих вопросах наиболее правильная. Не зря считается, что поговорят и забудут. Излишнее же привлечение внимания, акцентирование на единичных высказываниях – прямой путь к радикализации общества и его окончательному расколу.