Касым-Жомарт Токаев в недавнем Послании народу Казахстана вновь высказался о статусе русского языка, заявив, что он является официальным и что препятствовать его использованию нельзя, а заодно пообещал наказывать всех, кто ущемляет других граждан по языковому признаку. Но возможно ли справедливое наказание в рамках существующих в нашей стране  правовых норм?   

Недавняя ситуация с «языковыми патрулями» свидетельствует о наличии серьезного законодательного пробела. Например, может ли кто-то однозначно ответить, насколько юридически правомерным является требование кого бы то ни было, чтобы в частном заведении (магазине, парикмахерской, столовой и т.д.) его обслуживали непременно на государственном языке? Да и в целом возникает вопрос: не настала ли пора разработать и принять более четкое и конкретное законодательство, касающееся языковой сферы? Ведь ныне действующее было принято уже давно, почти четверть века назад, а с тех пор ситуация сильно изменилась, к тому же многие его положения носят чисто декларативный характер.

Понятно, что власть не хочет лишний раз будировать эту крайне болезненную тему, справедливо опасаясь дестабилизации внутриполитической обстановки, обострения межэтнического противостояния. Однако, с другой стороны, очевидные пробелы в законодательстве могут постоянно провоцировать появление все новых и новых нежелательных эксцессов на языковой почве. Что делать? Менять закон? Если да, то как? Или же оставить все как есть в надежде на то, что все само собой образуется? Но образуется ли? Слово экспертам.

Замир Каражанов, политолог: «Проблема не в законе, а в соблюдении законности»

- По форме собственности заведение - частное, по роду деятельности - публичное. Поэтому не стоит приравнивать парикмахерскую или магазин к частной квартире. По логике, ни собственник, ни посетители не могут навязывать, диктовать друг другу свои условия. Действующее законодательство устанавливает, что в публичных местах нельзя нарушать общественный порядок, разжигать межнациональную и межконфессиональную рознь, оскорблять и т.д. Даже дома граждане ограничены в подобных действиях, поскольку все члены семьи обладают равными правами, нарушение которых предполагает ответственность перед законом.

То, что случилось в магазине, конечно же, свидетельствует о правовом нигилизме граждан, низкой правовой культуре населения. Нельзя требовать от людей того, к чему  закон их не обязывает, - это противозаконно.  

Менять действующее законодательство нет смысла. В общем и целом оно является адекватным с точки зрения развития языковой сферы в Казахстане. Можно только повысить ответственность за подобного рода нарушения. Об этом говорил на днях глава государства в своем Послании народу Казахстана. Подобные нормы содержатся в Законе РК «О языках», детально мера ответственности оговаривается в уголовном и административном кодексах. Проблема не в законе, а в соблюдении законности. В Казахстане есть и множество других законодательных и нормативных актов, которые не всегда исполняются.

Почему же случился такой инцидент, если Закон «О языках» дееспособен? С подобными правонарушениями должны бороться на местах правоохранительные структуры, надзорные органы, прокуратура, местные органы власти. Но на данный инцидент отреагировал первый заместитель руководителя Администрации президента РК Даурен Абаев, то есть представитель центрального органа власти, и уже после того, как он вызвал общественный резонанс. А это еще раз говорит о том, что в Казахстане  назрели административная реформа и реформа правоохранительной системы.

Вы спрашиваете: стоит ли пересматривать закон? Да, стоит, но не закон, регулирующий языковую сферу, а законодательство, касающееся деятельности госаппарата. Пора усиливать персональную ответственность чиновников. Тем более что мы в Казахстане регулярно наступаем на одни и те же грабли. Сегодня обсуждаем инцидент, связанный с языковым вопросом, а в прошлом году - эпидемию COVID-19, когда чиновники показали свою неспособность бороться с распространением вируса. Во всех случаях речь идет об угрозах, подрывающих стабильность и национальную безопасность РК.

Николай Осипов, политолог, историк: «Без этого Казахстан станет полем языковых баталий»

- В ближайшие десятилетия языковая ситуация в Казахстане пространственно и содержательно будет становиться все более мозаичной, неопределенной. Решающим образом на нее могут повлиять лишь жесткие языковые законодательные запреты и ограничения. Насколько готовы к этому власти и как воспримут подобные меры граждане – очень спорный вопрос. В ближайшие 5–10 лет, полагаю, власти точно не решатся, а граждане в большинстве своем будут не готовы согласиться на такие меры

В стране реализуются различные масштабные и долгосрочные программы и проекты, которые намеренно направлены на расширение сферы употребления казахского языка и сужение сферы применения русского. Конкуренция двух языков в различных областях жизни – это реальность современного казахстанского общества, и приоритеты государственной языковой политики явным образом направлены на обеспечение доминирования казахского. Насколько решительно и в какие сроки власти намереваются добиться искомого результата –  этим во многом и будет определяться судьба русского языка в Казахстане.

Реалии регионального, трансрегионального и глобального социально-экономического, социально-коммуникативного и социально-культурного развития современного Казахстана работают против осуществления заявленных планов сделать казахский язык средством межнационального общения, получения образования, ведения бизнеса, развития науки и художественной культуры. Чтобы он стал конкурентоспособным и широко востребованным, необходим полный пересмотр прежних приоритетов, направлений, форм и методов казахстанской языковой политики. Этот процесс должен быть основан на объективном, всестороннем и продуманном изучении социально-культурного потенциала и возможностей казахского языка, воспреемства современным казахстанским обществом казахскоязычного культурного наследия. Разумеется, с привлечением филологов, историков, культурологов, психолингвистов

Как единственный государственный язык в стране он уже политически доминирует. Однако его социально-культурное и культурно-образовательное доминирование, которого активно желают и значительная часть казахского населения, и власть, вряд ли достижимо в обозримой перспективе. Ни сам казахский язык, пусть и в обновленной латинской графической форме, ни отечественная система образования, ни кадровый потенциал, ни материально-техническая база, имеющаяся у Казахстана в сферах СМИ, полиграфии и программных продуктов, пока не дают оснований считать, что он в скором будущем займет главные позиции

Единственно возможным благоприятным вариантом взаимоотношения между этими языками я считаю введение казахско-русского государственного двуязычия. Без этого Казахстан станет полем языковых баталий в различных их формах и проявлениях, что при любом исходе не послужит благополучию граждан. «Сосуществование» этих языков расколет, разобщит, противопоставит, культурно сегрегирует казахстанское общество.  Стратегия развития интеграционного двуязычия также представляется мне единственно конструктивным решением проблемы казахстанской национальной идентичности.

Полагаю, что необходимо объединить усилия ученых-филологов, казаховедов и русистов, преподавателей, учителей, общественных организаций, молодежных объединений, соответствующих государственных учреждений и ведомств Казахстана для выработки и реализации общенациональной  программы перехода к двуязычному образованию, начиная с детских садов и начальной школы. Введение русского языка как второго государственного снимет все барьеры и опасения русскоязычной части населения Казахстана, позволит получить всевозможную помощь и поддержку со стороны России в рамках евразийского культурного и гуманитарного сотрудничества.

Казбек Бейсебаев, политолог, бывший дипломат: «Похоже, власти не очень-то были в этом заинтересованы»

- Доля чисто казахскоязычных граждан неуклонно растет, и если сейчас не попытаться как-то решить языковую проблему, то в будущем избежать подобных конфликтов в публичных местах будет все сложнее. У нас лишь в государственных органах этот вопрос более или менее отрегулирован. В сфере обслуживания, где чаще всего граждане и коммуницируют, он продолжает оставаться острым.

Мне приходилось работать в Швейцарии, где языковая ситуация в какой-то степени похожа на нашу. Там все государственные служащие обязаны знать, как минимум, два государственных языка: немецкий и французский. Кроме того, все швейцарцы еще со школы в дополнение к родному изучают второй государственный язык, то есть немецкоязычные - французский, а франкоязычные - соответственно немецкий. Поэтому представители этих двух основных этносов без проблем изъяснятся друг с другом в магазинах, ресторанах и других общественных местах. Если же возникают проблемы коммуникаций (языковое непонимание), то они решаются на месте: рядом всегда есть тот, кто может обслужить клиента на его родном языке.

Данную практику можно применить и у нас. Для этого необходимо законодательно обязать магазины, столовые, кафе, аптеки и другие заведения иметь в штате сотрудников, владеющих в достаточной степени государственным языком. Не понимаю, почему до сих пор этого не сделано? Неужели в тех областях, где существует языковая проблема, трудно было открыть бесплатные курсы и обучить работников сферы обслуживания разговорному казахскому?

У нас целых два министерства занимаются вопросами языка и межэтнических отношений. Плюс в каждом акимате имеются управления, отвечающие за развитие государственного языка. Я уже не говорю о многочисленных программах, принятых в этой сфере, последняя из них - Государственная программа реализации языковой политики в Республике Казахстан на 2020-2025 годы. Но толку от всего этого, увы, пока мало, результатов мы не видим.
По-хорошему, на те миллиарды долларов, которые за тридцать лет ушли на пустые слова и дела, можно было давно обучить все население страны казахскому языку или хотя бы добиться его использования на должном уровне в сфере обслуживания. Похоже, власти не очень-то были в этом заинтересованы. Известный принцип «разделяй и властвуй» никто не отменял...

Юрий Серебрянский, казахстанский писатель: «Говорить не только на языке, но и о нем»

- Нет уверенности в том, что вообще имеются квалифицированные специалисты, способные работать с мультикультурностью в стране. Давать оценку тем же акциям радикалов должны профессионалы. Как минимум, реагировать оперативно, адекватно скорости распространения информации. А лучше иметь на такие случаи четкий план реагирования.

Не берусь никого учить, моя позиция – позиция наблюдателя, но заметно, что пока единственная стратегия реагирования на такие события – «разбор полетов». К сожалению, как показали события в Кордае, ни Ассамблея народа Казахстана, ни другие профильные структуры не имеют механизмов быстрого реагирования. Бюрократическая машина требует все согласовать, а на это, конечно, нужно время,  которого нет, когда идут погромы.

Как будет развиваться ситуация дальше? Казахстан все еще на перекрестке… Хотя прекрасные показатели демографического роста казахского населения и эмиграция русскоязычных из страны делают превращение его в мононациональное государство вопросом времени. Возможно, так оно и спокойнее. Одной опасностью меньше.

Пишу этот комментарий в Черногории, осколке Югославии, который представляет собой далеко не мирный пример перемен в обществе. Думаю, Казахстан миновал взрывоопасную точку, и это произошло в благоприятный экономический период. А  изжить бытовой национализм еще никому не удавалось. Нужно только научиться  реагировать на него честно и решительно. Не последнюю роль в таких вопросах играет творческая интеллигенция.

Так получилось, что высказывание президента Токаева как будто бы предваряет одно литературное событие, которое я курирую, – в сентябре ОЛША (Открытая литературная школа Алматы), известное казахстанское учебное заведение для писателей, проводит Алматинскую писательскую резиденцию. Что такое резиденция? Писатели будут неделю работать в едином творческом пространстве, жить в одном из санаториев и обсуждать вопросы идентичности и языков в Казахстане.

Проект реализуется при поддержке американской писательской программы IWP, и это первая литературная резиденция в нашей стране. Финансовая поддержка пришла к нам со стороны компании Chevron и консульства США в Алматы. Приедут и гости из США, авторы, которым есть что сказать на тему идентичности: Нина Мюррей родилась во Львове, а Кристофер Меррилл работал журналистом на Балканах во время событий 1990-х.  

Знает ли президент Токаев о нашей резиденции? Ясно, что вопрос провокационный, я здесь передергиваю, мы не подавали заявок на государственное финансирование программы. Мы благодарны за поддержку нашим партнерам, которые понимают важность участия творческой интеллигенции в решении этих вопросов. Не буду голословным. Совсем недавно я переводил документы для новой литературной резиденции в Гданьске и просто перечислю сейчас ее организаторов и партнеров – Институт городской культуры Гданьска, Союз писателей Варшавы, Бюро фестивалей Кракова. Программа не только финансируется за счет бюджета, но и сама инициатива тоже принадлежит государственной организации.

Мы же соберем интересных казахскоязычных и русскоязычных авторов на неделю в Алматы, чтобы поработать вместе и поговорить о проблемах и вопросах, которые важны не только для писателей. Среди участников – прозаик Алишер Рахат, поэт Аман Рахметов, прозаик Шапагат Сердаликызы, прозаик и драматург Нурайна Сатпаева, поэтессы Акжан Аманжол и Ирина Гумыркина. Сильный, талантливый состав отобран жюри. Результаты будут опубликованы. Прочтет, услышит ли их государство? Нет уверенности.