В этом году исполнилось 125 лет проведению первой всероссийской переписи населения, которой была охвачена в том числе и вся казахская степь. Полученные по её итогам данные остаются единственным более или менее достоверным источником информации о том, сколько людей до революции 1917 года проживало в нашем крае и его административно-территориальных образованиях, о их этническом и половозрастном составе, уровне грамотности и т.д. В то же время эти данные требуют критического осмысления.

«Изучить народ и условия его жизни»

Инициатором и главным организатором проведения переписи стал географ, статистик, экономист, государственный и общественный деятель Пётр Семёнов. К тому времени он получил широкую известность как исследователь Центральной Азии, руководитель экспедиции, организованной во второй половине 1850-х годов с целью изучения горной системы Тянь-Шаня, куда прежде не ступала нога европейца. В течение двух лет экспедиция изучала также Алтай, Тарбагатай, Семиречье, Заилийский Алатау, озеро Иссык-Куль. Много позже, в 1906-м, царским указом к его фамилии добавили приставку Тянь-Шанский.

В Положении о переписи, утвержденном императором Николаем II, говорилась, что она не «будет служить поводом ни для каких новых налогов или повинностей» и что её целью является «познакомиться с населением и изучить его, …составить точные сведения о самых различных условиях народной жизни». Опросная анкета состояла из 14 пунктов: имя и фамилия, возраст, место рождения, место постоянного проживания, брачное состояние, владение грамотностью, родной язык, род деятельности, даже наличие или отсутствие физических недостатков.

Переписчики, которых тогда называли счётчиками, набирались из числа мелких чиновников, учителей, студентов, а то и просто более или менее грамотных людей (всех их потом наградили специальной медалью). В Центральной Азии большинство счётчиков составляли русские переселенцы, которые либо не владели, либо плохо владели местными языками и далеко не всегда различали представителей тех или иных этнических и языковых групп. Кампанией была охвачена вся территория Российской империи, кроме Бухарского эмирата и Хивинского ханства, имевших статус её протекторатов и определённую автономию в решении внутренних вопросов, а также части Великого княжества Финляндского.

Обычно всеобщие переписи проводятся для того, чтобы на основе их результатов внести коррективы в стратегию развития страны, принять на государственном уровне необходимые меры с целью устранения выявленных перекосов – демографических, социально-экономических и прочих. По оценкам многих исследователей, перепись 1897-го оказалась в этом плане не очень «продуктивной», но одно важное последствие они всё же выделяют. Полученное по её итогам статистическое подтверждение перенаселённости европейских регионов России при острой нехватке пахотных земель вызвало к жизни планы по переселению их жителей на восток, преимущественно в Сибирь и в казахские степи.  

Крестьяне уходили в этом направлении и раньше, но по большей части стихийно, а после переписи этот процесс принял организованный (государством) и массовый характер. В 1903-м был принят ряд правительственных документов, год спустя создали Переселенческое управление. А после прокатившихся по стране крестьянских волнений 1905-го в ходе первой русской революции и назначения председателем Совета министров Петра Столыпина эта работа приняла невиданные масштабы. Только на территорию Казахстана перебрались примерно 1,3 миллиона человек (за вычетом вернувшихся обратно). А всего в Центральную Азию и в Сибирь переселились свыше трёх миллионов крестьян.  

Вторую всероссийскую перепись планировали провести в декабре 1915-го. С этой целью в начале 1914-го было учреждено специальное совещание под председательством Павла Георгиевского, директора Центрального статистического комитета Министерства внутренних дел. Но вскоре началась первая мировая война, которая спутала все планы, а ещё через три года Российская империя прекратила своё существование...

Как киргизы стали казахами

Сегодня появилось немало авторов, которые на основании данных переписи 1897-го делают далеко (даже слишком далеко) идущие выводы. Первый: казахов в тот период насчитывалось более четырёх миллионов, а конкретно 4.084.139, тогда как, например, узбеков – лишь 726 тысяч, или в пять с половиной раз меньше. Второе, вытекающее из первого: если бы не катаклизмы 20-го века (войны, два массовых голода, репрессии), то казахов сегодня было бы 70-80, а то и свыше ста миллионов, то есть, как минимум, в три-четыре раза больше, чем тех же узбеков.

Но это слишком упрощённый подход. Нужно иметь в виду, что в ходе первой всероссийской переписи каждый опрашиваемый называл не свою этническую принадлежность, а то, какой язык или наречие является для него родным. Например, около миллиона жителей Средней Азии назвали родным для себя сартское наречие. Между тем, сарты – это не этнос, а представители оседлого населения, которых в советское время стали относить преимущественно к узбекам, таджикам и в гораздо меньшей степени к некоторым другим этническим группам.  

Или другой немаловажный факт. Имперские чиновники не видели различий между киргиз-кайсацким и кара-киргизским языками, а также их носителями, вследствие чего всё коренное население Пишпекского и Пржевальского уездов Семиреченской области (территория современного Кыргызстана) было записано как киргиз-кайсацкое, то есть казахское. А это ни много ни мало 280 тысяч человек, или 87 процентов от общей численности жителей двух названных уездов. На самом же деле казахов, как показала уже первая советская перепись 1926-го, там проживало не больше двух тысяч. Иными словами, счётчики ошибочно приписали нашему этносу 278 тысяч, и за их вычетом количество казахов в Российской империи составит порядка 3,8 миллиона.

Теперь что касается узбеков. Если учесть сартов, массово пополнивших их ряды в советское время, а также не охваченное переписью коренное население Бухарского эмирата и Хивинского ханства (в сумме 2,5 – 2,7 миллиона человек, в том числе 1,5 – 1,6 миллиона узбеков), то численность этого этноса в конце 19-го века могла достигать 3,2 – 3,3 миллиона человек. Или лишь на полмиллиона меньше, чем казахов. А первая всесоюзная перепись 1926-го показала совсем уж минимальную разницу – 3.968 тысяч казахов и 3.905 тысяч узбеков.   

Интересен и гендерный расклад. В европейских регионах Российской империи мужчины численно уступали женщинам. Скажем, среди финнов представители сильной половины составляли 47,4 процента, среди поляков – 48,3, среди латышей – 48,5, среди евреев и великороссов – 48,8. Тогда как в Центральной Азии ситуация была прямо противоположной. Среди носителей киргиз-кайсацкого языка процентное соотношение мужчин и женщин составляло 53,3 и 46,7, узбекского – 54,9 и 45,1, среди сартов – 54,6 и 45,4. Возможно, это объяснялось  положением женщин в азиатских обществах, а также тем, что они часто рожали, соответственно быстрее подрывали своё здоровье, и потому продолжительность их жизни была меньше, чем у мужчин. Например, в Тургайской области, на 90 процентов населённой казахами, среди тех, кому на момент переписи исполнилось 50 лет и больше, насчитывалось 16 тысяч лиц мужского пола и только 12,8 тысячи женского.

Этнический состав населения

Подавляющее большинство тех, кто назвал родным языком киргиз-кайсацкий, проживало в шести областях. В Сырдарьинской их было 952 тысячи (64,4% всего населения), в Семипалатинской – 604,6 тысячи (88,3%), в Семиреченской – 517,1 тысячи (53,3%), в Уральской – 460,2 тысячи (71,3%), в Акмолинской – 427,4 тысячи (62,6%), в Тургайской – 410,9 тысячи (90,6%). Кроме того, около 64-х тысяч населяли Мангышлакский уезд Закаспийской области и примерно столько же два уезда Самаркандской области – Джизакский и Ходжентский.

В шести областях с преимущественно казахским населением проживали 633,3 тысячи человек, которые назвали родными великорусский, малорусский и белорусский языки. В основном они были сосредоточены в Акмолинской (225,6 тысячи), Уральской (163,9 тысячи) и Семиреченской (95,5 тысячи) областях. В последней также насчитали много носителей таранчинского и китайского языков – соответственно 56 тысяч и 14 тысяч. Надо полагать, подразумевались уйгуры и дунгане. А вот татары общим числом 55 тысяч населяли казахские области более или менее равномерно. Наряду с жившими на юге сартами и узбеками, названные этнические группы были самыми крупными после казахов и славян на территории Казахстана.

Представители славянских этносов составляли большинство городских жителей: в Уральске, Усть-Каменогорске, Кустанае – более 80 процентов, в Верном и Гурьеве – почти две трети. В Петропавловске их доля была меньше (53,8 процента), а вторыми по численности шли татары (31,1 процента). В Семипалатинске и Акмолинске славяне составляли менее половины, казахи – примерно треть.

Совершенно иначе выглядела картина в южных городах. Например, в Аулие-Ате (сегодня Тараз) и Туркестане соответственно 71,2 и 79,5 процента их жителей назвали родным языком узбекский. В Чимкенте 84,8 процента горожан были отнесены к сартам, тогда как носителей киргиз-кайсацкого языка оказалось лишь 451 на весь город. Такие цифры, конечно, не могут не вызывать вопросов.

Кстати, городское население Казахского края тогда было немногочисленным – чуть больше трёхсот тысяч человек, или около 6 процентов от общей численности жителей. Да и сами города были маленькие. В самом крупном из них, Уральске, проживали 36,5 тысячи, в Семипалатинске – 26,2, в Верном – 22,7, в Петропавловске – 19,7, в Кустанае – 14,3 тысячи. В каждом из трёх названных выше южных городов насчитывалось от 11,2 до 11,7 тысячи. Во всех остальных число душ не достигало и десяти тысяч. А, скажем, Актюбинск, который тоже считался городом, населяли всего-то 2.817 человек. Для сравнения: в Ташкенте проживало 155 тысяч.

Изучение данных, которые касаются возрастного состава населения, уровня его грамотности, тоже может дать немало информации о том, как жили не очень-то далёкие наши предки. Но это уже тема отдельного разговора.